Критики определились с фаворитами

«В тени огромной детали, за пределами бури» - сдержанный, почти безмолвный спектакль о человеческом одиночестве и тонких, хрупких связях между людьми, которые сегодня особенно ценны.

Маги Марен придумала May B, зачитываясь Самюэлем Беккетом еще в студенческие годы, и он сразу получился шедевром - грустным, страшным и смешным слепком общества без национальности, где все люди на одно выбеленное лицо. В этом сезоне он при неизменных аншлагах прошел в Театре Шайо

Раз в два года израильский хореограф Хофеш Шехтер собирает молодежь с горящими глазами и отчаянными телами, закаляет их интенсивными тренировками, ставит им спектакль и отправляет в мировое турне. Бешеная энергия, драйв и редкое чувство единения превращают Shechter II в уникальное явление на современной танцевальной сцене.

Израильская хореограф Шарон Эяль, прописавшая несколько лет назад свою компании во Франции, отбирает только лучших и делает их еще лучше. "Мои спектакли - это не импровизация, - говорит Эяль, - в них все четко. Но индивидуальность очень важна". Ее не занимать двум лауреатам этого года - Элоиз Жоквьель и Ницан Ресслер. У Элоиз за плечами - многолетняя балетная муштра Оперы, у Ницан – нахаринская Батшева. Остальное – дело техники Эяль.

Берлинский хореограф, работающий на стыке театра, перформанса и танца, набирал свой сценический язык из культур Ирана, Норвегии и Германии. Его спектакль Shiraz, показанный на фестивале в Монпелье в 2024 году, стал настоящим открытием и закрепил за ним репутацию одного из самых заметных авторов нового поколения

Motor Unit Сати Вейрюнс - спектакль-перевёртыш, где всё устроено наоборот: не хореограф задаёт форму, а танцовщица отправляется к двум авторам (Эрны Омарсдоттир и Адриенн Ход) и «берёт» у них готовые соло, чтобы заново прожить их на сцене. «В современном танце часто забывают о самом исполнителе, хотя именно он «держит» спектакль», - напоминает Вейрун и пропускает через свое тело их движения, а вместе с ними и их память и жизнь.

Амала Дианор начинал с хип-хопа, потом учился в Анже в школе современного танца и работал у самых разных хореографов, от Режиса Обадиа до Эммануэля Гата. В 2012 году он создал свою компанию и стал развивать собственный движенческий язык движения, смешивая разные танцевальные стили и воспевая инаковость.

Танец - самое эфемерное из искусств. Что от него остаётся? Какие следы? Какое «наследие» он формирует и какие архивы создают артисты? Лоран Себийотт — не только автор этой книги, но и человек, который с 1999 года работает в Национальном центре танца (CND), где он создал специализированную медиатеку и возглавляет департамент наследия, аудиовизуальных материалов и издательской деятельности. Именно этот двойной опыт — исследователя и практикующего хранителя архивов — лег в основу его размышлений о памяти танца XXI века.

Жермен Акогни — живая легенда и «мать африканского современного танца», которую Морис Бежар с восхищением называл своей «чёрной дочерью». Хореограф, педагог и обладательница «Золотого льва» Венецианской биеннале за карьеру, она остаётся редким примером творческого долголетия и полной самоотдачи искусству.

В Дакаре она основала École des Sables и в свои 82 года по-прежнему ежедневно работает с молодыми танцовщиками, передавая им не только технику, но и саму суть африканского танца — то, что и раскрывает документальный фильм Греты-Марии Бекер.